О чилийском кино

Операторы в течение восьми месяцев день за днем фиксировали события жесточайшей борьбы революционных и контрреволюционных сил. Было снято восемь тысяч метров пленки. А 14 сентября все члены съемочной группы были арестованы. Оператор Хорхе Мюллер до сих пор не освобожден. Две недели провел Патрисио Гусман на Национальном стадионе, ставшем местом пыток. Ему удалось спастись и вывезти весь отснятый материал за границу. Он оказался на Кубе. Здесь с помощью КИКиК (Кубинский институт киноискусства и кинопромышленности) Патрисио Гусман смонтировал картину.

Пытаясь вскрыть причины, которые привели к фашистскому перевороту, режиссер стремился быть предельно объективным. В своем фильме он дает возможность высказаться как людям из народа, так и представителям буржуазии, защищающим свои привилегии. Камера здесь исследует развитие классовой борьбы внутри общества, запечатлевает разные ее аспекты. Авторы пытаются ответить на вопрос: почему революционный процесс, объективно отвечавший чаяниям и интересам большинства населения, потерпел поражение? Что позволило фашистам прийти к власти?

Подбираете сайт, где есть палитра корректоров для лица? Тогда ссылка выше для вас. Рекомендуем заглянуть прямо сейчас.

Мирный путь развития революции в Чили начался в рамках буржуазной конституции. Правительство Народного единства осуществляло свою деятельность в условиях существования различных партий и идеологических течений. В руках правительства не была сосредоточена вся власть. Реакционеры занимали сильные позиции в парламенте, в судебных органах, в государственном аппарате, который не претерпел существенных изменений по сравнению с 1970 годом.

Вполне понятно, что все это проявилось и в системе средств массовой информации. По свидетельству Родриго Рохаса, кандидата в члены Политкомиссии ЦК Компартии Чили, «реакционный пропагандистский аппарат в Чили не преследовал просто пропагандистские цели, а действовал именно в русле психологической войны, используемой для подготовки вооруженной борьбы против народа». И далее: «Чилийский опыт также показывает, что империализм, экспортируя методы и технические приемы ведения такой войны, пытается в каждом конкретном случае представить дело таким образом, будто эти явления исключительно национального, местного порядка.».

В кампании «психологического давления» реакция активно использовала кино, телевидение, радио, печать, обращая их против революционных преобразований. По мере претворения в жизнь программы правительства Альенде усиливалась ответная реакция оппозиционных сил, с помощью газетных статей, радио- и телевизионных передач, обострявших и без того крайне сложную политическую обстановку в стране.

Настоящая битва развернулась в сфере проката и производства фильмов. В Чили относительно мало кинотеатров: в 60—70-х годах из 337 залов постоянно действовало от 250 до 280, но посещались они довольно активно. В среднем в 1969 году каждый чилиец ходил в кино 7 раз в год. Это обстоятельство было учтено идеологическими противниками Альенде — национальной буржуазией и ее североамериканскими покровителями.

После национализации медной промышленности 11 июня 1971 года США прекратили экспорт своих фильмов в Чили. Вместо 12 прокатных компаний, контролируемых американским капиталом, прокатом стали ведать две организации — частная («Ассоциация кинопромышленности Чили») и государственная («Национальный прокат «Чиле-фильмс»). «Ассоциацию кинопромышленности Чили» возглавляли в основном демохристиане, настроенные оппозиционно к правительству Народного единства. Это сказалось на политике закупок картин — приобретались, как правило, чисто коммерческие ленты, сомнительные с политической точки зрения.

В то же время «Национальный прокат «Чиле-фильмс» осуществил ряд мер, направленных на ликвидацию последствий американского бойкота. Были подписаны соглашения с Кубинским институтом киноискусства и кинопромышленности, налажены отношения с «Совэкспортфильмом», что способствовало кардинальному изменению кинорепертуара.